№ 19

Содержание номера:

ОФИЦИАЛЬНАЯ ХРОНИКА: 26 сентября состоялось очередное заседание Совета директоров компании

НАВСТРЕЧУ ЮБИЛЕЮ: Из истории телефонной сети Москвы. Годы 1900-е

ВОПРОС-ОТВЕТ: Сотрудникам Сети — достойную старость

ПОЛВЕКА В МГТС: Телефонные старожилы

ГОСТИНАЯ «МТ»: Олег Басилашвили: «Мой отец половину своей жизни посвятил политехникуму связи. И, по-моему, других интересов у него не было...»

ИЗ РЕДАКЦИОННОЙ ПОЧТЫ: МГТС крепка династиями

ОФИЦИАЛЬНАЯ ХРОНИКА:

26 сентября состоялось очередное заседание Совета директоров компании

Совет директоров вернулся к рассмотрению скорректированного бизнес-плана на текущий год и утвердил изменения в бизнес-плане компании, признав объективными причины снижения предполагаемых размеров чистой прибыли и удовлетворительными показатели по капитальным вложениям и расчетам по долговым обязательствам.
В связи с истечением срока полномочий Правления АО МГТС Совет директоров утвердил по предложению Генерального директора В. С. Лагутина состав Правления АО МГТС на следующий период без изменений.
Советом директоров утверждено «Положение о предоставлении поручительств». Данное «Положение» позволит упорядочить механизм обращения дочерних компаний АО МГТС к финансовым заимствованиям.

НАВСТРЕЧУ ЮБИЛЕЮ:

Из истории телефонной сети Москвы. Годы 1900-е

Шел 1900 год. В последние семь лет в России бурно развивалась промышленность. Устойчивый курс рубля, дешевая рабочая сила, льготные таможенные пошлины — все это способствовало резкому экономическому подъему. Наша страна стала привлекательной для иностранных инвестиций, и в 1900 году они составили 750 млн. рублей. Правительство России эффективно использовало привлеченные финансовые ресурсы.

В 1901 году, согласно пункту 26 «Основных условий устройства и эксплуатации городских телефонных сообщений» в России, заканчивался 20-летний срок концессии, выданной «Международной компании телефонов Белла» на эксплуатацию Московской городской телефонной сети. Из-за высокой абонентской платы за два десятилетия работы компании Белла на московском рынке количество абонентов едва достигло трех тысяч. Такое положение вещей не устраивало Главное имперское управление почты и телеграфа, и оно отказалось продлевать срок действия концессии.
 25 февраля 1900 года постановлением министра финансов и управляющего Министерства внутренних дел Московская городская телефонная сеть была передана в казну. Правительство России получило Сеть в свою собственность. Однако предстоящее переоборудование и дальнейшее развитие городской телефонной сети столицы требовали больших капитальных вложений. Поэтому право на ее эксплуатацию было решено снова передать в частные руки.
 31 марта 1900 года Московская городская Дума во главе с тайным советником князем В. М. Голицыным приняла решение ходатайствовать перед министром внутренних дел Дмитрием Сергеевичем Сипягиным, бывшим московским генерал-губернатором, о передаче МГТС в ведение городского управления. Однако просьба Думы была отклонена.
 20 ноября 1900 года состоялись торги, в которых принимали участие Западная электрическая компания из Чикаго, Шведско-датско-русское телефонное акционерное общество и Московская городская Дума, не оставившая своих намерений. По условиям торгов, победителем становился тот соискатель, который предлагал наименьшую абонентскую плату за пользование телефоном. Каждая из сторон, участвовавших в торгах, предоставила организаторам запечатанный конверт, в котором находилось заявление с указанием ежегодной платы. Московская городская Дума участвовала в торгах на льготных условиях. От нее не требовалось денежного залога, а в случае объявления равных цен с частным лицом Дума имела преимущество.
28 ноября 1900 года право на эксплуатацию Сети с включенными в нее 2860 телефонами было предоставлено Шведско-датско-русскому телефонному акционерному обществу, которое предложило абонентскую плату в размере 79 рублей. По официальному договору, за 271 тысячу рублей правительство передавало акционерам все станционные и линейные сооружения сети сроком на 18 лет.
 8 июля 1902 года в Милютинском переулке состоялась закладка десятиэтажного здания для новой городской телефонной станции системы ЦБ РТС. В этом же году началась прокладка подземных телефонных кабелей.
 12 ноября 1904 года введена в эксплуатацию первая очередь Центральной телефонной станции (ЦТС) в Милютинском переулке. Начал работу коммутаторный зал А на 12 тысяч номеров. Столичная пресса писала, что на торжественном освящении Центральной телефонной станции присутствовали начальник почтово-телеграфного округа Ф. А. фон Пистолькорс, московский почтамт-директор К. Г. Радчевко, губернаторский инженер М. Н. Грудистов, управляющий канцелярией обер-полицмейстер Дикгоф. Правление Общества представлял приехавший специально из Стокгольма высокий чиновник телеграфного ведомства и правительственного телефона Валленберг. Священник, магистр богословия Д. И. Ромашков перед молебном сказал прекрасные слова о значении телефона в человеческой жизни. А Валленберг особо подчеркнул, что Общество позаботилось применить наилучшую из существующих телефонных систем, и просил абонентов дать компании время, для того чтобы привести все в должный порядок, научить телефонисток такому несению службы, чтобы абоненты были довольны. Газеты того времени не без сарказма отмечали, что из городской Управы на это торжественное событие не явился никто. Городской голова князь Голицын прислал сообщение, что ввиду занятости по воинскому присутствию, то есть из-за проблем, возникших в связи с Русско-японской войной, прибыть на открытие новой телефонной станции не сможет. На этот демарш руководство Шведско-датско-русского общества сделало ответный жест: предполагаемый расход на праздничный обед по случаю открытия новой телефонной станции в сумме 5000 рублей был пожертвован на нужды раненых воинов на Дальнем Востоке. Деньги были вручены лично князю Голицыну.
 1905 год стал переломным в новейшей истории России: началась первая русская революция. Жизнь в стране изменилась в одночасье: повсюду создавались стачечные комитеты, рабочие и служащие устраивали забастовки. Работники Московской городской телефонной сети, одной из самых благополучных компаний, по-разному отнеслись к этим событиям. Большинство из них не поддерживали революционных идей, но некоторые присоединились к забастовщикам.
В ноябре 1905 года на ЦТС был создан комитет рабочих бюро телефонных сооружений, объявивших забастовку. Газета «Телефон Нового времени» охарактеризовала это событие так: «Эта забастовка — открытый грабеж народа, всех плательщиков казны. Высокие политические задачи, якобы руководящие забастовщиками, никогда не оправдают такого разгрома, которому подвергают народ чиновные забастовки».
Российские события 1905 года напугали руководство шведской компании, и на заседании правления один из управляющих даже поставил вопрос о сокращении деятельности Общества в России через продажу половины акций московского телефонного оператора. Но большинством голосов такое предложение было отклонено. Шведско-датско-русская телефонная компания осталась в Москве.
В 1907 году монтированная емкость Сети составила 17 000 номеров (на 5000 больше, чем в 1905 году), а количество телефонов — 17 010 (на 6558 больше по сравнению с 1905 годом).
В 1908 году на Центральной телефонной станции введен в эксплуатацию коммутаторный зал В на 13 тысяч номеров.
В 1909 году в Москве было установлено 28 телефонов-автоматов в городской черте и 17 — за пределами города.
В 1910 году монтированная емкость сети достигла 28 тысяч номеров, а количество телефонов — 27 300 аппаратов. На каждую телефонистку приходилось 160-170 соединений в час. Валовой доход МГТС за 1910 год составил 2 млн. 261 тыс. 875 руб. 99 коп.
Первое десятилетие ХХ века стало для Московской городской телефонной сети периодом интенсивного развития и технического переоснащения. Москвичи охотно пользовались телефоном. А само это слово стало настолько модным, что с 1904 года начали выходить две общественно-политические газеты — «Петербургский телефон» и «Телефон Нового времени».

Татьяна Калмыкова

ВОПРОС-ОТВЕТ:

Сотрудникам Сети — достойную старость

На вопросы читателей «МТ» отвечает начальник Управления по персоналу АО МГТС В. А. Афонин.

За границей нередко можно встретить бодрых, активных, энергичных людей не первой молодости, которые с удовольствием путешествуют по миру, знакомятся с историческими памятниками, любуются красотами природы — словом, наслаждаются отнюдь не дешевыми удовольствиями цивилизованной жизни. На Западе уже давно созданы и бесперебойно функционируют определенные механизмы создания материальной базы для спокойной, обеспеченной старости. В России же, к сожалению, пока пенсионеры — самые социально незащищенные из всех граждан. Наша компания, ориентирующаяся в своей деятельности на опыт крупнейших корпораций мирового уровня, принимает участие в реализации проекта основного акционера АО МГТС — АФК «Система» — по созданию негосударственного пенсионного фонда (НПФ). Сегодня НПФ «Система» гарантирует сотрудникам Сети полный возврат вложенных средств с учетом инфляции и годовых процентов. А в недалеком будущем станет возможной и поддержка пенсионеров АО МГТС при помощи средств предприятия.
В апреле следующего года истекает срок действия прежнего «Коллективного договора» (1999-2001), который регулирует материальную поддержку ветеранов Сети. В связи с этим в нашей компании, являющейся соучредителем НПФ «Система», разрабатываются новые правила и положения, в соответствии с которыми сотрудники АО МГТС при выходе на пенсию будут получать денежные выплаты.
Сегодня каждый сотрудник АО МГТС может ознакомиться с уставными документами и быть в курсе последних событий о деятельности негосударственного пенсионного фонда «Система».
После нашей публикации «Как обеспечить достойную пенсию?» («МТ» № 15 от 6 августа 2001 г.) одним из первых в редакцию за более подробной информацией обратился В. Д. Савенков, инженер АО МГТС. На интересующие его вопросы газета «Московский телефонист» попросила ответить Владимира Александровича Афонина, начальника Управления по персоналу АО МГТС.

— На какие цели направлена работа фонда?
— Негосударственный пенсионный фонд создается только в интересах вкладчиков, то есть будущих пенсионеров, и не преследует собственных коммерческих целей. Государственные законодательные акты четко и жестко регламентируют его деятельность. Это полностью исключает какие-либо финансовые аферы и другие виды бесконтрольного использования привлеченных средств. Деятельность фонда абсолютно прозрачна как для официальных контролирующих инстанций, так и для каждого участника.
— Почему АО МГТС не стремится учредить собственный пенсионный фонд?
— В АФК «Система» входит более 80 юридических лиц — компаний и организаций — на правах ассоциированных членов, в том числе и АО МГТС. Коллективный характер деятельности в данном случае диктуется прежде всего финансовой необходимостью: ведь только для того чтобы учредить негосударственный пенсионный фонд, по сегодняшним меркам требуется не менее 4,5 млн. рублей. Кроме того, большое количество членов НПФ «Система» гарантирует его финансовую устойчивость. Что касается средств АО МГТС в этом фонде, то в соответствии с Уставом они могут использоваться только с согласия Общества как соучредителя фонда.
— На каких условиях сотрудники АО МГТС будут заключать договор с фондом?
— Условия очень демократичны. Каждый работник Сети заключает договор с негосударственным пенсионным фондом, в котором оговариваются приемлемые для него условия. Например, он может получить свои деньги по достижении пенсионного возраста сразу, может растянуть эту сумму на 10 лет, может брать неравными частями. Процентная доля от заработка также может быть разной — в зависимости от желания будущего пенсионера, но не менее одного МРОТ. Кроме того, заключенный ранее договор можно в любой момент переоформить на новых условиях. Кроме личных накоплений, сотрудник, подписавший договор с фондом, будет получать ту долю, которую пропорционально его трудовому вкладу внесет за эти годы АО МГТС. Условие ее получения одно — быть участником фонда.
— От чего зависят размеры выплат пенсионерам?
— Для каждого выходящего на пенсию размер выплат зависит от его бывшего заработка и размера отчислений в фонд. Мы гарантируем весь комплекс услуг тем сотрудникам, которые уходят на пенсию и чей стаж при этом соответствует принятым нами требованиям: необходимо, чтобы человек, достигший пенсионного возраста, проработал на Сети не менее 15 лет. Мы предлагаем вкладывать личные накопления в фонд прежде всего потому, что они будут защищены от инфляции — таков один из основных принципов работы фонда. Вкладывая каждый месяц небольшие средства, сотрудник по выходе на пенсию столкнется с приятной неожиданностью. Он обнаружит свои средства, индексированные с учетом инфляции, а также дивиденды.
— Каковы гарантии того, что размер вклада и полагающихся по нему процентов сохранит покупательную способность по прошествии многих лет?
— Уставом фонда предусмотрен целый ряд механизмов, таких как страховой резерв, резервный фонд, прозрачность в использовании средств и др., позволяющих если не совершенно предотвратить, то очень серьезно снизить влияние инфляции на покупательную способность вклада и процентов по нему. И важнее всего то, что АФК «Система» своими обязательствами по защите пенсионных резервов и собственным капиталом (1,5 млрд. долл.) обеспечивает возмещение всех возможных потерь вкладчиков.
— Что будет, если одна из входящих в фонд организаций вдруг обанкротится?
— С пенсионным фондом и его обязательствами перед вкладчиками ничего не случится. Все пункты договора будут неукоснительно выполняться. Сейчас деньги для выплат пенсионерам изымаются из прибыли компании. Но даже в случае банкротства Московской городской телефонной сети из абонентской платы будут идти процентные отчисления в пенсионный фонд. Поэтому без денег пенсионеры не останутся ни при каких, даже самых чрезвычайных, обстоятельствах.
(Продолжение следует)

Беседовал Евгений Беликов

ПОЛВЕКА В МГТС:

Телефонные старожилы

Прошло полвека с тех пор, как первые декадно-шаговые станции открыли новую и, пожалуй, наиболее продолжительную эпоху в развитии отечественной телефонии.

В 1930 году в квартирах москвичей, на рабочих местах служащих и на улицах Москвы появилась новинка — телефонные аппараты и таксофоны с диском-номеронабирателем. Так жители столицы познакомились с новыми автоматическими телефонными станциями. Вместо «станция слушает» в телефонной трубке теперь можно было услышать «гудок низкого тона».
Первые московские АТС были оборудованы станциями машинной системы. Лицензию на их производство передала по договору шведская фирма «L.M. Ericsson &C» заводу, построенному ею в Санкт-Петербурге в 1897 году и национализированному большевиками после Октябрьской революции. Всего до войны в Москве было установлено 16 АТС машинной системы. В послевоенный период они в силу различных обстоятельств были сняты с производства. На МГТС наступила новая эпоха декадно-шаговых АТС.
Идея разработки отечественных АТС ДШ родилась еще до войны. Ее автор, начальник телефонной лаборатории Центрального НИИ связи Гавриил Степанович Савельев, в июле 1939 года в публикации в газете «Социалистическая связь» предложил использовать для малономерных АТС (учрежденческих, небольших населенных пунктов, колхозов) более гибкую декадно-шаговую систему.
В апреле 1940 года приказом Наркома связи Союза ССР № 240 «По вопросу разработки АТС шаговой системы и модернизации машинных АТС» была создана специальная группа специалистов ЦНИИС, его Ленинградского отделения и завода «Красная заря», которая была обязана в короткие сроки разработать аппаратуру шаговой АТС. К сожалению, Великая Отечественная война перечеркнула эти планы, и к их реализации удалось приступить только после ее окончания.
Первые АТС декадно-шагового типа Б-3, Б-8, Б-9 (АТС-223, 228, 229) были приняты Госкомиссией 30 декабря 1950 года, и с января 1951 года станции типа АТС-47 начали свою многолетнюю службу на МГТС. Огромная нагрузка по проведению опытной эксплуатации, выявлению и устранению технических недоработок легла на сотрудников производственной лаборатории МГТС (начальник лаборатории — директор связи III ранга Ю. М. Коробов). Осваивать новое оборудование пришлось техперсоналу Центрального телефонного узла (начальник ЦТУ — директор связи III ранга П. И. Алексеев, главный инженер — директор связи III ранга Н. М. Поминов). Руководителем персонала декадно-шаговых станций был назначен Б. И. Матюш. На него возлагали большие надежды, и через 18 лет он стал главным инженером Сети.
Работать на АТС ДШ было чрезвычайно трудно. Невообразимый шум в зале от работающих искателей, высокий уровень повреждаемости (более 10 000 в год на одной станции), конструктивные недоработки, отсутствие запчастей и деталей, низкий уровень производства оборудования — все это сразу же сказалось на качестве работы Сети: из 69 крупных ГТС СССР Московская городская телефонная сеть занимала лишь 49-е место.
В 1958 году МГТС получила в опытную эксплуатацию модернизированное оборудование АТС-54, смонтированное на станции И-4 (АТС-284), а с 1959 года начались серийные поставки этого оборудования, производимого заводами «Красная заря» и «Тесла» (ЧССР). Всего на МГТС станциями шаговых систем обслуживалось 1 млн. 200 тыс. номеров. АТСШ были в производстве довольно долго, около 30 лет. Последняя станция шагового типа была установлена в Москве в 1978 году.
Круглосуточное обслуживание, высокая квалификация техперсонала, постоянная помощь специалистов ГЦТЭ УТЭТ, налаженное опытным заводом МГТС производство запчастей позволили за все время эксплуатации значительно снизить уровень повреждаемости на АТСШ. Но тем не менее он до сих пор остается достаточно высоким.
Жизнь декадно-шаговых станций как технической системы оказалась долгой. Спустя полвека они обеспечивают телефонной связью еще без малого миллион абонентов Москвы, и последняя шаговая станция отправится на покой весьма нескоро.

Благодарим Валентину Ивановну Голдаевскую, хранителя музея истории МГТС,
за помощь в подготовке материала.

ГОСТИНАЯ «МТ»:

Олег Басилашвили: «Мой отец половину своей жизни посвятил политехникуму связи. И, по-моему, других интересов у него не было...»

Работая над летописью Московской городской телефонной сети, я узнала, что в течение длительного времени директором Московского политехникума связи имени Подбельского был Валериан Ношреванович Басилашвили, отец народного артиста СССР Олега Басилашвили. Идея «Московского телефониста» связаться с таким занятым человеком из Северной Пальмиры и расспросить его об отце казалась почти нереальной. Тем более что среди московских журналистов упорно ходили слухи: Олег Басилашвили интервью дает очень редко. И все-таки мы попытались. Олег Валерианович сумел выкроить время из своего плотного графика, и наша встреча состоялась 27 сентября. Накануне он играл в спектакле на сцене Московского театра эстрады и принимал поздравления от коллег и зрителей с днем рождения.

— Олег Валерианович, я знаю, что вы коренной москвич, родились, выросли и долгое время жили на Покровке, любите старую Москву и хорошо знаете ее. В ваших жилах течет польская, грузинская и русская кровь. А среди предков — и крестьяне, и священнослужители, архитектор, филолог, связист... Для наших читателей, конечно же, будет очень интересен рассказ о вашем отце.
— Мой отец, Валериан Ношреванович Басилашвили, родился в Грузии 7 ноября 1900 года. Настоящей даты рождения он не помнил и, чтобы потом уже не забывать, придумал эти легко запоминающиеся числа.
По своей натуре отец был очень общительным и деятельным человеком. Еще в Грузии во времена меньшевистского правления он стал одним из основателей бойскаутской организации, прообраза пионерских лагерей.
— Как он оказался в Москве?
— После установления в Грузии Советской власти и вхождения ее в Советский Союз отец приехал в Москву на учебу. Поступил в Московский государственный университет на этнографический факультет, где и познакомился с моей будущей матерью — Ириной Сергеевной Ильинской.
— Получил диплом этнографа и...
— Отец изучал жизнь и обычаи народов, населяющих Грузию, в частности хевсудов. Несколько его работ, посвященных Хевсудии, были опубликованы в научной литературе. У меня до сих пор хранятся десятки стеклянных пластинок-негативов, которые отец привозил из этнографических экспедиций.
— А почему вдруг Валериан Ношреванович увлекся связью?
— Где-то в тридцатые годы отец навсегда связал свою судьбу с Московским политехникумом связи. Почему и как это произошло, не знаю. Могу только догадываться. Думаю, что здесь сыграли свою роль склонность к общению с молодежью, которая проявилась еще в Грузии, и желание посвятить себя новому, живому, такому необходимому для страны делу.
— Его сразу назначили директором политехникума?
— Нет, сначала отец работал просто преподавателем. Директором стал уже после войны, когда вернулся с фронта, и всю свою жизнь отдал воспитанию молодых связистов.
— Ваш отец прошел войну. Наверное, вам запомнились какие-то эпизоды из его фронтовых рассказов?
— Говорить о войне отец мог бесконечно. Рассказывал, как в ноябре 1941 года немцы подошли почти к Химкам, и в эти самые страшные дни он вступил в партию. Как вывел из окружения более ста человек. Я помню тот день, когда отец вернулся из окружения домой (это было еще до армии, он тогда в ополчении рыл окопы) и сидел у окна совершенно черный. Сапоги, гимнастерка, руки, лицо — все было прокопчено дымом костров. Отец ушел на фронт добровольцем в 1941 году. Поскольку у него было высшее образование, ему сразу же дали звание лейтенанта. Но благодаря знаниям в области связи и географии, а также крестьянской сноровке, заложенной с детства, он был замечен начальством и войну закончил в звании майора и должности начальника отделения п/п связи.
— В каких сражениях он участвовал как связист?
— Особой страницей в его жизни стала Сталинградская эпопея. Отец был награжден медалью «За оборону Сталинграда», и это была самая дорогая его сердцу награда. Он очень гордился ею.
Будучи связистом, отец часто слышал переговоры Хозяина (так звали Сталина) и командующих фронтами. Он рассказывал, как вместе с маршалами переплывал кипящую от разрывающихся снарядов Волгу. Они торопились непосредственно в Сталинград, на тот пятачок, который был еще занят немцами. Начальство же базировалось на левом берегу. Отец слышал, как Хозяин сказал, что если через час штаб не будет на правом берегу, он всех расстреляет... Рассказывал и о связистах, соединявших зубами телефонные провода, о трубе — тоннеле, находившемся под железной дорогой, где сидели связисты: на одном конце трубы — наши, на другом — немцы. О Курской дуге, когда он, выполняя приказ, вез в соседний полк почту и попал в тиски между двумя наступающими друг на друга танковыми армиями — нашей и немецкой. Рассказывая об этом эпизоде, он шутил, что, видимо, тогда он поставил мировой рекорд скорости, пытаясь уйти из самой опасной зоны. Отец вообще обладал большим чувством юмора, прежде всего по отношению к себе.
— После войны ваш отец был назначен директором техникума. Что запомнилось вам из этого периода его жизни?
— Половину своей жизни отец посвятил Политехникуму связи имени Подбельского. По-моему, других интересов у него не было. Помню эпопею строительства нового здания, куда они должны были переехать с Авиамоторной улицы. Боже, сколько сил и нервов потратил он тогда! Он приводил меня в это новое здание и с такой любовью показывал мне аудитории и кабинеты, рекреационные зоны для студентов!
Будучи в душе романтиком, отец задумал установить перед новым зданием длинный флагшток с развевающимся на нем флагом политехникума. Даже нарисовал эскиз. Но райком категорически запретил вывешивать какие-либо флаги, кроме красных.
А чего ему стоили проверки КРУ, попытки найти финансовые нарушения! Этот период жизни не прошел для отца даром. Думаю, что его болезнь и смерть были результатом нервного перенапряжения...
И все-таки отец не падал духом. Помню, как он иронично рассказывал о бессмысленных партсобраниях, о чугунном сне, наваливающемся на головы партийцев во время пустого и утомительного словоговорения. Он в лицах изображал то одного, то другого. Но странное дело: стоило только мне или маме развить тему губительности для страны всей этой фальшивой и пустой демагогии, как он свирепел, приказывал нам замолчать. Иногда дело доходило до скандала. Хотя сам он, как партиец, наученный горьким опытом, всю жизнь держал под кроватью чемоданчик с вещами, которые могут понадобиться ему в ГУЛАГе. Таким уж он был.
— Олег Валерианович, среди друзей вашего отца были руководители отрасли?
— Нет, не помню таких. По крайней мере среди друзей дома их не было. Отец не стремился к личной дружбе с высокими чинами. От природы он был демократичен и никогда не видел разницы, допустим, между академиком, секретарем райкома или рядовым шофером. Дело не в чинах, а в человеке, считал он.
— Он так и прожил всю жизнь в московской коммуналке?
— Как директору политехникума ему выдали ордер на двухкомнатную квартиру в доме на Калининском проспекте. Но родители отказались от новой площади, хотя квартира им очень понравилась.
У нас были очень хорошие соседи. Уехать от тех, с кем прошла вся жизнь, они не смогли, сочли это безнравственным. Так до конца своей жизни отец и прожил в коммуналке, среди старых вещей, оставшихся после моего деда. Сидел на разваливающихся венских стульях, перетянутых для прочности телефонными шнурами, за старым ломберным столом.
— Потрясающе! В наше время трудно понять, что могло двигать человеком, когда он совершал такой поступок.
— Честность и порядочность были основополагающими чертами характера моего отца. Любовь, уважение к молодежи, надежда на нее — вот что им руководило всю жизнь. Мне кажется, молодежь ему платила тем же. И мне приятно получать сейчас письма из разных городов от его бывших учеников. Спасибо им за память о моем отце! Во время прощания с отцом гроб с его телом стоял в здании политехникума. Его политехникума. Скорбные прощальные речи звучали на фоне приглушенного шума, характерного для учебного заведения, звонков, зовущих студентов на занятия.
Если отец слышал эти звонки, эти молодые голоса, они были для него лучшей музыкой, провожающей его в далекий и неизвестный путь...
— А вас отец никогда не агитировал стать связистом?
— Агитировал, конечно. Но я человек гуманитарного склада и учиться там просто не смог бы. Но к связистам всегда относился и отношусь с большим уважением.

Беседовала Татьяна Калмыкова

ИЗ РЕДАКЦИОННОЙ ПОЧТЫ:

МГТС крепка династиями

С удовольствием прочитал в номере «Московского телефониста» от 25 сентября материал «Крепкие узы связи» о трудовой династии Кастеровых и хотел бы поделиться своими воспоминаниями.
В 1967 году я работал на Бауманском телефонном узле в должности старшего механика линейно-абонентского цеха. С Михаилом Михайловичем Кастеровым мы вместе запускали АТС-161. Приятно вспомнить этого трудолюбивого, ответственного, доброго человека, который стал родоначальником такой славной династии. Передаю привет потомкам Михаила Михайловича: дочери, внучке, правнукам. Может быть, и мальчики со временем тоже найдут свое место в нашей компании.
Я рад, что наша газета обратилась к теме трудовых династий, поскольку МГТС — одна из немногих компаний в столице, где сотрудники относятся к своему коллективу как к большой семье, ценят трудовые традиции, и мы по праву можем гордиться не одной связистской династией.

В. С. Лагутин, Генеральный директор АО МГТС

1 октября 2001